Осколок плясал в его руках, оставляя на коже тонкие, кровавые борозды, сочащиеся алой сукровицей. Из карих глаз на руку и землю падали слезы, оставляя в пыли глубокие, влажные выбоины. Пальцы сжали осколок и...

   Пространство разорвал дикий крик, стекло отлетело в сторону, описав в воздухе кривую дугу. В его глазах вспыхнуло два ярких, пылающих искрами огня. Это не выход, смерть не выход, он должен выжить, должен идти. Несмотря ни на что.

   Ледяной ветер бил его своими обжигающими холодом, крыльями. Каждый шаг давался с невыносимым трудом, разносясь по телу яростной болью. Каждый вздох сдавливал грудь железными оковами, делая дыхание надрывистым. Не дойдя нескольких метров до дороги, он рухнул лицом вниз, поднимая в воздух огромное облако пыли...

* * *

   В сознание его вернул дикий грохот, затмевавший собой все окружающие звуки. Прямо перед его глазами, на земле плясало десятки мелких камней, подлетая в воздух, и вращаясь там, словно заправские акробаты. Между тем, грохот нарастал, становясь, все громче, превращаясь в целую симфонию гремяще-скрипящих звуков. Собрав последние силы, он поднял голову... Сквозь лиловую дымку, которая будто туман застилала его глаза, он видел широкую дорогу, которая буквально ожила на его глазах, превратившись в длинного червя, ползущего из-за крутого поворота. Через несколько секунд, из плотного облака пыли вынырнула голова монстра, сверкая яркими огнями глаз.

   "Головой", оказался огромный армейский грузовик, вгрызавшийся в пыльное полотно дороги своими громоздкими колесами. Из обтянутого брезентом, кузова, на лежащего на обочине человека, равнодушно взирало несколько военных, сжимавших в руках автоматы. Солдаты лишь на мгновенье посмотрели на изувеченного парня, и вновь уставились в пустоту стеклянными глазами.