– Да пойми же ты, наконец, что только ЭТИМ их можно пронять! Ты ведь сам убедился, что все прочие средства Воздействия для них- как о стенку горох!..

Просторный зал был устлан мягкими, пружинящими под ногами коврами. Стены зала были отделаны великолепными панелями из резного дерева с причудливым, непонятным орнаментом. Тонкие, изящные колонны уходили вверх, поддерживая нечто вроде балкона или галереи, Там, наверху, воздух непонятным образом сгущался, не позволяя взгляду проникнуть за завесу полумрака, но Один знал, что оттуда, из отдельной ложи, за ним пристально наблюдает Она. Один не знал, кто эта женщина, но знал, что милее и дороже ЕЕ для него нет никого на свете и что ради НЕЕ он готов биться с любым врагом до последней капли крови…

Он поднял голову, потому что ему вдруг почудилось, будто вверху еле слышно прозвучал печальный вздох, прошелестел то ли подол длинного платья, то ли веер из белых перьев. Потом он почти явственно ощутил кружащий голову аромат пряных духов загадочной незнакомки…

Тут сзади послышались чьи-то шаги, и Один резко обернулся. Это был Другой – в потертом свитере и грязных штанах. Откуда он взялся, с досадой подумал Один.

– Сколько лет, сколько зим! – с притворной радостью вскричал Другой.-Какая встреча! И в каком роскошном интерьере!..

Закусив губу, Один молчал. Другой сунул руки в карманы своих шароваров и бесцеремонно огляделся. Потом попинал, словно испытывая на прочность, ажурный столб колонны своим дырявым ботинком.

Наверху опять зашелестел веер. Один не удержался и посмотрел туда. Другой сразу уловил этот взгляд Одного и неприятно осклабился.

– Ждешь, что ли, донжуан? – осведомился он. – Только зря, поверь мне на слово!..

– А что такое? – словно подхлестнутый бичом, спросил Один.

– А ничего, – опять ухмыльнулся Другой.- Эта крошка – не для таких зануд, как ты!.. Между прочим, она уже дала мне кой-какой аванс…