Если бы только...
А почему нет? Потому что Оби-Ван обманул его ожидания. Если бы он был лучшим учителем, если бы он имел больше доброты и мудрости, как Квай-Гон... Анакин мог бы сблизиться с ним, не стеснялся бы свободно рассказывать обо всем, что он думал или чувствовал...
Если бы...
Они летали вместе, крылом к крылу. Они полагались друг на друга. Он был более дерзким, когда Анакин был рядом. Он научился у Анакина рисковать.
Но, в конечном счете, он потерял все.
“Ненавижу тебя!” – кричал ему Анакин на вулканическом склоне. Корчась от боли на черном песке, а река лавы горела у него за спиной.
Именно сюда Оби-Ван не переставал возвращаться. К этому образу ненависти. Потому что не имеет значения, как Палпатин развратил Анакина, все-равно, как темная сторона взяла над ним верх, неважно, какие решения он принял в своем гневе и своей ярости, но он был учеником Оби-Вана, и он кончил тем, что возненавидел собственного учителя. И именно это было его упущением как наставника.
Пейзаж потускнел, и Оби-Ван увидел черный прах Мустафара. Он ощутил пепел во рту и огонь в своих легких.
Во всех своих миссиях, во всех своих странствиях, он не мог и предположить, что познает всю глубину такой неудачи, всю агонию подобной боли.
Он мог видеть, как восходят луны. Он знал, что был близок к цели, но уже слишком стемнело, чтобы продолжать идти по следу. Оби-Ван остановился и разочарованно посмотрел вверх на первую звезду. Именно тогда он услышал это... слабый звук, высокий звук... крики детей.
Он упал на колени и укрылся за камнем. Он мог слышать, как дети Народа Песков, которых называли Ули-а, бегали с палками в руках. Они воображали, что это были посохи гадерффай – шесты, используемые таскенами как оружие. Один конец - смертоносное острие, смоченное ядом, второй – утыканная шипами дубинка. Гортанно крича, дети использовали камень, за которым он скорчился, в качестве мишени. Он мог чувствовать эхо ударов даже через толщу породы. Он понял, почему люди Народа Песков были такими свирепыми бойцами. Они учились убивать с того момента, как начинали ходить.