— Далекий, словно из подземелья, и такой тоскливый…

— И все равно, вы точно уверены, что это — ваш муж?

— Точно уверена.

— Ну, блин, и дела, — вздохнула Люсьена и, встретившись с удивленным взглядом Марии, как и Галина, извинилась за излишне фривольную лексику. — Послушайте, а вы были после похорон на кладбище? — спросила она. — Вдруг какие-нибудь вандалы узнали, что на теле есть ценные вещи, и решили поживиться?

— Вы думаете, это возможно?

— В наше время все возможно.

— Я считаю, что это исключено, — возразила ей Галя.

— Почему?

— Сама подумай, почему. Зачем вандалам после ограбления звонить и доставать вдову? Чтобы лишний раз засветиться? — с иронией поинтересовалась Галина.

— Ну, мало ли, — неуверенно буркнула Люся. — Может, они уверены в своей безнаказанности?

— В принципе, может, ты и права, в наше время действительно все возможно, — задумчиво пробормотала Галя. — И все же что-то меня настораживает в этой ситуации, только не могу понять, что именно. В любом случае, версию о вандалах мы не будем пока исключать.

— А как же тогда голос? — снова напомнила Ступина.

— А голос мог подделать какой-нибудь актер-пародист, — ответила за подругу Люсьена. — Так, что с кладбищем? Вы были там после того, как начались звонки? — вновь спросила она у клиентки.

— Да, я была на кладбище, мы ездили туда вместе с дочерью, как раз на девять дней со дня смерти Кирилла, — кивнула Мария. — Признаюсь откровенно, жутко было до ужаса, я еле сдерживалась.

— Дочь знает о том, что происходит? — поинтересовалась Галина.

— Нет, что вы! — замахала руками Мария. — Как я могу ей сказать о таких вещах? Она молодая девушка, очень сильно любила отца, для нее это будет настоящим шоком. Нет-нет, Катя ни в коем случае не должна знать об этом кошмаре.

— И что же на кладбище? Там все в порядке? Могила не разрыта? — снова напомнила Люсьена о своем вопросе.