Звук, который никто и никогда не услышит,- даже те, кто обманули меня или думают, что обманули меня, или им всё равно, обманут я или нет, главное, чтобы я платил деньги - в их заведении я теперь уже просто клиент. И конечно, я был вчера,- потому что и вчера были клиенты,- и буду завтра, если только не вмешается налоговая полиция, буду всегда. Мне нравятся деньги, когда они у меня есть. Тогда они доказывают абсурдность мира, а я всегда питал слабость к исчерпывающим доказательствам. "Всегда" - неплохое слово. Ничем не хуже слова "никогда". И почему бы мне не воспользоваться им, и вместо того чтобы говорить, что нас никогда не было, сказать, что мы были всегда? Мне или тому, кто о нас скажет. Рот - это не так уж и мало. Ведь нам противостоит весь мир, заражённый проказой культа потребления, диктующего человеку только одно правило "Жрать!" Совсем не плохое начало для дня, который никогда не наступит. Я опрометчиво обещал тебе, что не буду злиться, и вот, нарушил обет. Вчера я занял деньги у человека, которого сегодня убили, тем самым избавив меня от необходимости отдавать долг. И что с того, что я невзначай разозлился. Завтра это назовут безобидной причудой. Завтра я придумаю для тебя ноги.

. . .

Шаги, слишком много шагов, и всё на одном месте. Даже если что-то случится, я всё равно узнаю об этом слишком поздно - всё закончится прежде, чем меня догадаются пригласить. Перемещения в пространстве утомительны - я напиваюсь там же, где и пою. Я доступнее чем звёзды, но мертвее вчерашней травы под снегом, я не хочу отрываться от поверхности пропитанной тьмой земли, но лишь глубже и глубже падать в её бездонное тело. Какие маяки могут осветить мой путь? И что вам с того, что я пьян. Любая дрянь может подсесть за мой столик, чтобы рассказывать потом, как мы вдвоём напивались.