- Вероятно, вы правы. Но в таком случае, с ней может случиться что угодно - ее там могут даже УБИТЬ. А я, черт побери, ничем не могу помочь. Боже, какого дьявола мы записались на этот проклятый семинар!

Профессор положил руку ему на плечо.

- Но раз уж вы ничем не можете ей помочь, то почему бы вам не успокоиться? К тому же, у вас нет никаких оснований думать, что она в опасности. Чего ради придумывать лишние неприятности? Пойдемте-ка на кухню и откроем бутылочку пивка, пока их ждем.

И он мягко подтолкнул его к дверям.

После нескольких стаканов пива и пары сигарет Дженкинс малость успокоился, и профессор завел разговор.

- Как получилось, что вы записались на этот курс, Говард?

- Только на нем я мог заниматься вместе с Эстеллой.

- Так я и думал. Но позволил вам остаться - из собственных соображений. Я знал, что вас нисколько не интересует теоретическая философия, но решил, что ваш твердолобый материализм послужит неплохим противоядием разным диким измышлениям, которые нередко возникают на такого рода занятиях. И вы мне помогли. Возьмем к примеру, Элен Фишер. Она склонна делать блестящие выводы из минимального количества данных. А вы заставляли ее спуститься с небес на землю.

- Честно говоря, доктор Фрост, я никогда не видел смысла во всех этих заумных рассуждениях; я предпочитаю иметь дело с фактами.

- Вы, инженеры, ничем не лучше метафизиков - вы игнорируете любые факты, которые не можете разложить по полочкам. Если вы не можете попробовать его на зуб - его для вас не существует. Вы верите в механистическую, детерминированную вселенную, и начисто отрицаете за человеком право на сознание, волю и свободу выбора - те факты, с которыми вы только что столкнулись.

- Все это может быть объяснено на уровне рефлексов.

Профессор развел руками.

- Вот сейчас вы заговорили, как Марта Росс - она способна объяснить все, что угодно с позиций библейского фундаментализма. Почему бы вам обоим не согласиться, что существуют явления, которых вы не понимаете? - он замолчал и наклонил голову. - Вы ничего не слышали?