— К чёрту сок!

С этими словами я с силой пнула оказавшийся на пути стул. Сама не знаю, зачем я это сделала. Вероятно, стул символизировал в тот момент отвергнутый мною сок, однако нога тут же откликнулась совсем не символической болью.

— Меня ещё никто никогда так не оскорблял! — прошипела я, хватаясь за ушибленную лодыжку.

— Ты про царевича или про стул? — невозмутимо поинтересовалась Изабелла.

— Про какой стул? Про царевича, разумеется! — Сейчас я была не в настроении понимать юмор.

— Да ладно, чем он тебя уж прямо так оскорбил? — пожала плечами подруга.

— А то ты сама не понимаешь?

— Честно говоря, не понимаю.

— Тебе же хуже! — отмахнулась я.

— Я ведь тебя хорошо знаю. Я видела, что он тебе понравился. Я ещё тогда подумала: жаль, что старший — Эдуард, а не этот.

— А оказалось, вишь ты, что этот и Эдуард, и Эйван, и даже Артур! — подхватила я. — Три в одном, чтоб ему пусто было!

— Когда оказалось, что он и есть жених, я чуть в ладоши не захлопала, — продолжала Изабелла, намеренно игнорируя мои замечания.

— Вот сама и выходи за него, хочешь? Давай, мне не жалко!

Изабелла пожала плечами.

— Если даже и захочу, он-то на мне не женится. Ему ведь именно ты приглянулась.

— Приглянулась? Это теперь так называется? Ещё бы, конечно, приглянулась — сорвать такой куш, целое королевство в приданое!

— Брось, я же не слепая. Он на тебя ещё тогда глаз положил, когда не знал, которая из нас принцесса. И тебе это нравилось, не отпирайся!

— Тогда нравилось, — не стала отпираться я. — А теперь разонравилось!

— А что такого уж страшного произошло? — спокойно спросила Изабелла.

— Не понимаешь? Это же очевидно! Он меня выставил на посмешище!

— Что-то я не заметила, чтобы хоть кто-нибудь смеялся.