Три дня спустя принцесса и сама уже не могла вспомнить, за что прежде так сердилась на царевича. Память словно услужливо стёрла всё плохое, взамен то и дело воспроизводя в воображении непринуждённую беседу на балконе. Девушка избегала общения с домочадцами, то хандрила, то улыбалась каким-то своим мыслям, и всё чаще бродила в окрестностях замка. Короля эта неожиданная странность начинала слегка беспокоить, однако пока он предпочитала не вмешиваться, тем более, что принцесса, как мы уже говорили, была не в разговорчивом расположении духа.

Прошла ещё неделя, и в одной из близлежащих деревень состоялась большая ежегодная ярмарка. С подачи короля подруги предложили принцессе отправиться туда дабы немного развлечься, и девушка не стала возражать. Делла — а так мы и продолжим называть принцессу — выехала из замка поздно утром, в сопровождении Изабеллы, Эллы и двух солдат гарнизона. К полудню они были на месте.

Временные торговые палатки были наспех воздвигнуты у подножия холма. В глазах рябило от разноцветных одеяний съехавшихся на ярмарку гостей, а также от разнообразности выставленных на продажу тканей, украшений, ваз, картин и специй. Принцесса и вправду немного ожила, прохаживаясь между рядами и с интересом рассматривая товары. Изабелла задержалась возле палатки, в которой продавали духи; Белла остановилась, разглядывая платья. Принцесса же ничего определённого покупать не собиралась, поэтому она просто продолжала прогуливаться по территории ярмарки, смешавшись с пёстрой толпой селян и горожан и быстро потеряв из виду своих провожатых.