Пока я думал, Давид копался в бесплатных фруктах и выуживал шкурки. Они скопились на дне корзинки. Он бросал их в пакет, уже наполовину забитый всяким пищевым мусором. Я знаю, что он делает из него пасту и заряжает с её помощью батарейки для своего смарта. Я бы тоже стал так делать, но Давид уже подбил меня таскать ему объедки из клеток. И у меня нет этого прибора, который электричество из пасты вырабатывает. Приходится смарт к розетке раз в месяц подключать.

– А почему не сэнсэем? – вспомнил я интересное слово из какой-то манга.

– «Нагваль» круче звучит… А сэнсэй – он и в школе сэнсэй, и в монастыре каком-нибудь. Это хорошо, что ты в зоопарке с разными монстрами работаешь. Вот я зачем сюда устроился, по-твоему? Паспорт-то у меня красный, на бирже можно было и получше что подыскать. Я тебе скажу, для чего. Посвящённые, знай, могут разговаривать не только с другими людьми, но и с животными, и с растениями! Настоящими, конечно, а не роботами – с теми каждый бака общий язык найдёт. Вот я и тренируюсь, чтобы навыки не утратить.

Он таинственно оглядел светлый куб стеклянного бара. По нему гуляли блики солнца и ветерок из кондиционеров, не считая звуков «звериных» песен. Никто, конечно, на Давида не смотрел, а вот мою дурацкую шерсть на шее уже заметил мальчишка за соседним столиком и кивал на меня своей молодой мамаше. Но женщина отчего-то выглядела рассеянной и не смотрела на меня. А сюнэн просто корчился от злорадства и страха.

– Это что! – добавил Давид. – Посвящённый может сам превратиться в животное, даже самое необычное, какого и не существует. Путешествовать по мирам своего разума, перемещаться на тысячи километров, разделяться на множество тел…