В течение получаса мы молча шли вслед за ним. И как же велико было мое удивление, когда он привел нас к пещере или, скорее, к просторному гроту.

- Куда же ты нас привел! - воскликнул я.

Ребенок посмотрел на Сабину, словно прося ее объяснить мне.

- Разве не через эту пещеру вы попали сюда? - спросила Сабина.

- Нет, - ответил я, - мы приплыли по реке.

- А меня вели по огромному подземному лабиринту!

- Мы не можем отважиться на подобное путешествие, дорогая Сабина!

И обратившись к мальчику, я объяснил, что мы хотим идти другой дорогой. Он ответил, что это невозможно, что путь назад один, через пещеры, и на его лице появилась уверенность, как будто этот путь был ему хорошо знаком. Но я боялся за Сабину. Заметив мои опасения, она сказала:

- Раз у нас нет другого выхода, лучше этот путь, чем риск быть снова схваченными.

Она протянула мне руку. Мальчик крепко сжал мою, и мы углубились в темноту.

ПЕРЕХОД ПОД ЗЕМЛЕЙ

Раскаты грома, отдаленные и приглушенные, перекатывались в пещере бесконечным эхом. И без того страшно идти по темным широким коридорам, а удары грома еще усиливали наш страх - теперь мы боялись обвала. И эти опасения были не напрасны. Один раз молния, как я предполагаю, ударила в скалу где-то прямо над нашими головами. Скала затряслась, а когда шум в глубине подземного лабиринта утих, нас охватил неописуемый ужас- каменная глыба с грохотом упала и рассыпалась, осколки полетели в разные стороны, и один из них ударил меня в плечо.

Мы снова тронулись в путь. Я чувствовал, как в моей руке дрожит маленькая рука Сабины. Шли молча, вокруг царила тишина, в которой надежда и тревога срослись так же крепко, как ветви омелы с дубом. Так прошло около часа. Мальчик уверенно вел нас вперед, и я готов был объяснить его уверенность тем, что у подземного коридора не было боковых ответвлений. Но мое заблуждение рассеялось, едва мы вышли к пересечению нескольких туннелей. В конце одного из них, по которому мы не пошли, блестела вода.