— Я не сомневаюсь, что он довел тебя до этого, — рычала Мерла, — но ты достаточно взрослый, чтобы знать лучше. Не делай этого снова. Шэнкус! — добавила она. Мальчик-змей посмотрел невинно на свою мать. — Если Урча или Лилия попаду сегодня вечером в неприятности, я буду считать тебя ответственным.

— Я ничего не делал! — закричал Шэнкус. — Они всегда…

— Достаточно! — прервала его Мерла. Она направилась к своим детям, затем увидела, что я сидел в тени дерева рядом с тем, на котором висел Александр Рибс. Ее лицо смягчилось. — Привет, Даррен, — сказала она. — Что ты делаешь?

— Ищу тараканов, — сказал я, управляя короткой улыбкой. Мерла и ее муж, Эвра Вон — человек-змея и один из моих самых старых друзей — были очень любезны со мной, когда я прибыл несколько недель назад. Хотя мне было трудно ответить на их доброту в моем несчастном настроении, я сделал так много усилий, сколько мог.

— Холодно, — отметила Мерла. — Принести тебе одеяло?

Я покачал головой. — Нужно больше чем небольшой мороз, чтобы охладить полувампира.

— Хорошо, ты не мог бы последить за этими тремя, пока ты на улице? — спросила она. — У Эвры кожа линяет. Если бы ты смог удержать детей в стороне, это была бы реальная помощь.

— Без проблем, — сказал я, поднимаясь и сметая с себя пыль, когда она вернулась в палатку. Я подошел к трем детям Вон. Они смотрели на меня неуверенно. Я был необычно важным после возвращения в цирк уродов, и они были не совсем уверены, что делать со мной. — Что бы вы хотели сделать? — спросил я.

— Таракан! — завизжала Лилия. Ей было только три года, но выглядела она на пять или шесть из-за грубой, цветной чешуи. Как Шэнкус, Лилия была получеловеком, полузмеей. Урча был обыкновенным человеком, хотя он хотел походить на двух других, и иногда приклеивал разукрашенные обрывки фольги к телу, вводя свою мать в дикое раздражение.

— Нет больше тараканов, — сказал я. — Что — нибудь еще?