Позже, Эванна помогла мне остановить его кошмары. Но ведьма сказала, что это было только временное решение. Когда сны возобновятся, Харкат должен будет узнать правду о себе или сойдет с ума.

В течение прошлого месяца Харкат мучился каждый раз, когда он спал. Он бодрствовал, пока мог — маленький народец не нуждался в большом количестве сна — но всякий раз, когда он пытался задремать, кошмары наплывали на него и он дергался и кричал во сне. Это достигло стадии, что его надо было связывать, когда он спал — иначе он бы ковылял через лагерь, выступая против воображаемых монстров, принося убытки от столкновения с чем-либо.

После пяти дней и ночей, он заснул в конце нашего последнего шоу. Я связал его в гамаке, используя сильные веревки, чтобы связать его руки по швам, и сидел около него, в то время как он дергался и стонал, вытирая зеленые бусинки пота с его лба, подальше от его глаз без век.

Наконец, рано утром, после нескольких часов вопля и напряжения, крики остановились, его глаза очистились и он слабо улыбнулся. — Ты можешь развязать меня … теперь. На сегоднешний вечер все сделано.

— Который был длинным, — бормотал я, уничтожая узлы.

— Это — проблема с откладыванием … сна так долго, — вздохнул Харкат, выпрыгивая из гамака. — Я отложил кошмары на некоторое время, но мне надо, … спать дольше.

— Может быть, тебе стоит попробовать гипноз снова, — предложил я. Мы сделали все, что могли придумать, чтобы ослабиться боль Харката, спрашивая всех исполнителей и команду в цирке, знают ли они о лечении кошмаров. Мистер Толл попытался гипнотизировать его, Труска пела ему, в то время как он спал, Голодный Рамус помазал его голову грязной пахнущей мазью — все напрасно.

— Отрицательный результат, — Харкат устало улыбнулся. — Только один человек может помочь — мистер Тайни. Если он вернется и покажет мне, как … узнать, кем я был, сны …, мы надеемся, остановятся. Иначе… — Он покачал своей серой приземистой головой без шеи.