С Татьяной вышло не лучше, чем с Шефом. Обычно она канючит, что стоит ей выкроить время для отпуска, как у меня обязательно возникает какое-нибудь срочное расследование. В этот раз получилось иначе: я, можно сказать, с кровью вырываю у Шефа билет в один конец, а у нее, видите ли, археологическая экспедиция в другой конец галактики.

В общем, улетал я с Фаона не отягощенный ни работой, ни подругой, ни имуществом, которое я решил оставить Татьяне, хоть она этого и не заслужила.

Ничего, думал я, складывая в рюкзак вещи, которые Татьяне в любом случае не понадобятся — бронежилет, бритвенные принадлежности, фальшивые документы и обоймы к бластеру, — ничего, и на Земле детективы не сидят без работы, на обратный билет уж как-нибудь заработаю, а то и останусь насовсем, посмотрим, как они тут без меня справятся.

К тринадцатому апреля по синхронизированному времени я успел выполнить только первую часть плана — навестить родителей. Никакой интересной работы не подвернулось. Тогда я подумал, что, вероятно, не там ее ищу, и решил проконсультироваться с моим давним знакомым — Гордоном Алистером, знаменитым лондонским адвокатом. Полтора года назад мы сотрудничали по одному межпланетному делу, и с тех пор поддерживаем связь.

Насчет Сохо Яна не ошиблась. Алистер поводил меня по лондонским достопримечательностям, перечислять которые я не стану, дабы не вызвать возгласы вроде «Подумаешь, нашел чем удивить!» или «Да кто ж там не был!».

В пятницу семнадцатого апреля, в семь часов вечера лондонские достопримечательности остались далеко позади, потому что флаер Алистера вот уже четверть часа как держал путь на северо-запад; я сидел рядом с адвокатом, глазел вниз и по сторонам. Мне казалось, он отыскивает самое глухое место на всем острове, а по-настоящему глухих мест в Европе уже не осталось. В этом смысле мой Фаон выглядит более привлекательно.