Георгий Одинцов, полковник в отставке, вольнонаемный служащий и испытатель Баргузинского Проекта, он же — Аррах Эльс бар Ригон, нобиль империи Айден и герой Хайры, вздохнул и опять взялся за чель. Ему приходилось тяжким трудом отрабатывать пищу и кров, предоставленные повелителем троглодитов на этой окраине мира. Конечно, он сам мог бы захватить власть в племени, прикончив Бура, но, в сущности, ничего бы не переменилось. К тому же Одинцов знал, что рано или поздно уйдет отсюда и тогда племя Ай-Рит неизбежно погибнет без толкового лидера. Он не хотел такого исхода, как бы то ни было, добром или силой, айриты все же приютили его.

Снова свистел клинок, падали темные коренастые фигуры, площадку перед скалистой грядой оглашали нечленораздельный рев и хрипы умирающих. Потом за валунами, на дальней ее стороне мелькнули смутные тени, камни и стрелы обрушились на пришельцев, и Одинцов понял, что пришла подмога. Он тут же бросился на землю — ему совсем не улыбалось получить стрелу в плечо или между ребер. Вдали раздавался голос Бура — очевидно, тот справился со своей работой на правом фланге и решил лично оказать поддержку лучшему бойцу племени. Теперь нападавшие были обречены — с вождем пришло не меньше полусотни воинов, мужчин и женщин.

Пришельцы прекратили сопротивление, сгрудившись посреди площадки обреченной толпой. Проиграв, они превратились в фаталистов. Не все ли равно, где погибнуть от удара палицы — тут, наверху, или в пещерах… Конец был один, и потерпевшие поражение с роковой неизбежностью попадали в котел. Правда, у некоторых, наиболее крепких, оставалась надежда занять места погибших айритов. Пещеры под скалой были довольно просторны и могли приютить и прокормить сотню взрослых и сотню детенышей. Бур же, весьма ревностно относившийся к своим обязанностям вождя, следил, чтобы племя всегда могло выставить не меньше семи-восьми десятков сильных бойцов.