К тому моменту на постсоветском пространстве, стараниями доблестных спецслужб, почти не осталось «горячих точек», которыми в 90-е и начале 2000-х так любили пугать молодежь призывного возраста. Периодически вспыхивало что-нибудь в отдельных городах Северного Кавказа, но если где и могло громыхнуть, как громыхало еще недавно в Чеченской республике — так это на границах с Грузией, в Абхазии и Южной Осетии.

Хоть руководство и население этих стран давно причисляли себя неформально к составу России — и Федерация шла им в этом навстречу — правительство Саакашвили все еще пыталось периодически кому-то что-то доказать. Именно там, на границе Грузии и Абхазии, выпало служить Николаю Ветрову. Пороха ему нюхнуть довелось — несколько раз пограничный отряд, в состав которого входил Ветров, нейтрализовывал группы грузинских диверсантов или наемников. Коля в тех сражениях отличился и ехал домой в звании старшего лейтенанта. А если бы он согласился на предложение командования и остался на сверхсрочную службу, то получил бы капитанскую должность и соответствующие погоны.

Но вернуться в лоно родной семьи, к повседневным трудам для ее блага, и, разумеется, к любимой девушке, было для Николая важнее, чем делать военную карьеру. Поэтому за ворота части он вышел в тот самый день, когда истекал срок его службы. Тютелька в тютельку.

Глава 2

Встреча на вокзале

Из поезда, приехавшего в Москву из Курской губернии, вышел, в числе прочих пассажиров, ничем не примечательный человек.

Однако это лишь на первый взгляд в нем не было ничего необычного. Приглядевшись получше, можно было увидеть, что из-под серого пальто чуть выдаются края церковного облачения.

Но впрочем, что же тут странного. В конце концов, Россия — православная страна, и, стало быть, никто не должен удивляться тому, что слуги Господни время от времени покидают свои кельи и храмы, и едут куда-то по неким мирским делам.