Вскоре мужчина закончил молитву, вышел на берег и скрылся за кустами. Но, услышав ржание коня, он с опаской вышел на поляну. Теперь Конан мог его хорошенько разглядеть.

Это был стройный юноша, судя по одежде, суме и посоху — паломник, питающийся подаяниям. Вендийцы часто покидали родные места, чтобы посетить далекие святыни. Как видно, и этот юноша направлялся в какой-нибудь храм.

Увидев могучего киммерийца, сидящего на траве с мечом на коленях, юноша испугался и хотел бежать, но Конан приветливо махнул ему рукой и ободряюще улыбнулся. Его голубые глаза, метавшие молнии в минуты гнева, сейчас смотрели спокойно и весело. Юноша ему понравился. Чем-то он напоминал Витару, такой же смуглый, стройный и легкий, с огромными черными глазами.

Юноша подошел, почтительно поклонился и робко спросил:

— Кто ты? Человек или небожитель?

Конан расхохотался, и юноша невольно заулыбался.

— Ну, ты и сказал! Небожитель! Демоном меня, правда, называли, но небожителем… — И он снова расхохотался.

Услышав эти слова юноша догадался:

— Ты — чужеземец, из других краев! Я слышал, что далеко-далеко на севере рождаются такие могучие воины, а вот теперь и сам это вижу!

— Да, ты прав, я — из славной Киммерии, а зовут меня Конан. Я пробираюсь на юг, и эта дорога, похоже, выведет меня куда надо.

— Да, она, хоть и петляет, но ведет на юг. Но по ночам в джунглях опасно даже для такого воина, как ты!

— А я как раз и собирался здесь заночевать, и конь заодно отдохнет. Тебя как звать?

— Дхавана. Нам, кажется, по дороге. Однако ночь приближается, надо бы разжечь костер.

Быстро темнело, и они поспешили наломать сухих веток для костра.