— Конечно, Марта! — возмутилась я. — Во первых, это она ходит с перевязанными руками, а некромант говорил, что на письмах обжигающее заклятие. Во вторых, она давно на Иргу облизывается, даже заявила мне, что он ее судьба по какому то гороскопу. В третьих, я ее просто не люблю.

Полугном вздохнул.

— Поговори сначала с почтальоном, а потом уже иди разбираться с Мартой. Так ты хоть будешь знать, почему ей по физиономии даешь — просто так или за дело.

— А что, есть разница? — удивилась я.

— Конечно! Причем, принципиальная! Когда скандалишь просто так, то, во первых, надо тему для скандала придумать, а во вторых, ты можешь оказаться не права, что несколько подпортит удовольствие. А если разборки по делу, то еще и кого то на помощь привлечь можно. Да и морального удовольствия больше

— Мне помощь не нужна, — отмахнулась я. — С этой бледной немощью я и сама справлюсь.

— Что то ты развоевалась, — заметил лучший друг. — Смотри, найдет коса на камень.

— Не каркай! — рявкнула я и отправилась искать почтальона.

Парень обнаружился почти сразу. Он уныло тащил тяжелую сумку с корреспонденцией, пиная листья на дорожке. Видимо, доставка писем большого удовольствия ему не доставляла.

— Меня интересуют письма из Рорритора, адресованные Ольгерде Ляхе, — сразу взяла я быка за рога.

Глаза почтальона остекленели и он монотонно сказал:

— Я ничего не знаю о таких письмах.

Я задумалась. Однозначно было видно, что парня загипнотизировали. Сама я в ментальном воздействии была не сильна, поэтому что делать, не знала. Ну почему же я сразу не догадалась, что письма могут быть перехвачены, а все ждала и ждала, что весточку принесут мне прямо в руки? Ума нет — считай, калека!

— Письма! — проговорила я внятно. — Где мои письма?

— Все письма я доставляю по адресу, — все так же монотонно сказал почтальон.