- Брось, - серьезно посоветовал я.

- Что? - всхлипнула она.

- Брось так убиваться по ним.

- Что-о-о!? - забыв про слезы протянула она командным тоном и попробовала сесть.

- Ты же сама оставила их умирать, - пояснил я. - Ни кто же не просил оборонять этот проклятый переезд до последней капли крови!

- Да ты... Трибунал... - запричитала в крайней степени возмущения Нахило.

- Расслабься... - продолжал уговаривать я. Штаны вдруг стали мне непривычно тесными. Я просто должен был иметь эту женщину.

- Не думай о грустном... - попросил я тихонько и расстегнул ремень офицерской комбы. - Думай об удовольствии!

Она еще попыталась сопротивляться и грозить Страшным Судом, но я был сильнее, и у меня было моральное право. Наступила секунда, когда Нахило поняла это.

Я плохо помню, как это было. Мерзкие насекомые искусали все седалище...

- Как твое имя? - улыбаясь, вдруг спросила лейтенант.

- Как хочешь...

- Подожди, я оденусь...

- И что потом?

- Позовешь остальных.

- Тебе не хватило?

Лейтенант замерла с открытым ртом.

- Ведь ты заберешь меня с собой?! - не слишком уверенно спросила она.

- Нет! - решительно заявил я, достал пистолет и взводя курок. Встретимся в Аду.

Старое кладбище оккупировали вороны.

Когда мы, затравлено дыша, перевалили проржавевшую ограду и вторглись в заброшенный мир мертвых, большие черные птицы даже не шелохнулись на ветках обросших мхом деревьев. Мы ворон не интересовали, у них было достаточно интересов на выжженном поле к югу от кладбища.

Сначала мы, обессиленные полукилометровым рывком от соснового леса, через шоссе и линию монорельса, повалились среди поросших высокой травой холмиков с покосившимися крестами. Потом, то один, то другой солдат, почтительно косясь на надгробия, вставал. В итоге все сгрудились в узких проходах между могилами и, не сговариваясь, двинули дальше на север.