Но Гарольд ее удивил.

– Слышали о псевдо-Новых? – спросил он.

Тьюки. Она знала, в общих чертах. Все это – события в тысяче световых лет отсюда – казалось ей чуточку запутанным. Вряд ли повод волноваться для кого-либо, кроме специалистов.

Тьюксбери наклонился к ней. Белые волосы были взъерошены, уголок воротничка загнут. Классический тип исследователя. Голубые глаза Гарольда легко устремлялись в никуда, он часто терял ход рассуждения и был склонен обрывать фразу на середине, когда ему приходила в голову новая идея. В ярком послеполуденном свете он выглядел воплощением невинности: человек, для которого законы физики и математики – единственная реальность.

Прибыли две чашки кофе.

– Они почти на одной линии, – произнес он.

– И?..

– Это не может быть следствием естественных причин.

Хатч просто не знала, что с этим делать.

– Что вы пытаетесь мне сказать, Гарольд?

– Я действительно не знаю, Хатч. Но это меня пугает.

– Вы уверены, что это не Новые?

– Абсолютно. – Он попробовал кофе, осмотрел чашку, вздохнул. – Среди прочего, у них слишком много энергии в видимой части спектра, недостаточно в рентгеновской и гамма-излучении.

– Что означает?..

– Больше видимого света на количество потраченной энергии. Намного больше. И более яркого. На кучу свечей.

– Лампочка.

– Практически да.

– Хорошо, – проговорила она. – Я передам ваши соображения наверх. Вы рекомендуете что-то предпринять?

Он покачал головой.

– Я бы дорого дал за то, чтобы «Метеоролог» дежурил там, где произойдет следующий взрыв.

– Мы можем это организовать? Вы сумеете предсказать следующий взрыв?

Теперь он разглядывал ложечку.

– К несчастью, нет. Но могу попробовать.