Мы танцевали еще и еще, а когда дискотека наконец, закончилась, мне даже не хотелось уходить. Я и не думал, что это так здорово. Наверное, это потому, что рядом была Таня.

Мы вышли на улицу. Домой идти не хотелось, и мы пошли гулять в парк. Мы брели по полутемной аллее; по телу разливалась приятная усталость. Стало прохладно, и я накинул ей на плечи свою куртку и обнял. Так мы и шли, ни о чем не разговаривая - нам просто было хорошо. И тут я опять "отключился".

...Мы спрятались в заброшенном сарае метрах в ста от тюремной стены. На вышках горели прожектора, освещая мертвенно-бледным светом невидимый для нас тюремный двор, а заодно и пространство на добрых пятьдесят метров вокруг тюрьмы. Наверху, по опутанной колючей проволокой стене, вышагивали часовые. Да, убежать отсюда не так-то просто. Но все же можно. Под утро из тюрьмы выезжает пустая машина - за продуктами - вот в нее-то и должен забраться Крэй. Дежурить у ворот будет свой человек. План простой и, кажется, достаточно надежный. Дорога проходит мимо сарая, в котором мы засели. Через дорогу уже переброшена веревка - стоит потянуть ее, и из кустов выползут "ежики" с гвоздями. Дальше все просто - обезоружить и связать водителя и уйти через все тот же подземный ход, который ведет к сараю. Эта планета, кажется, вся изрыта подземными ходами.

Лязгнули ворота. Сидевший рядом со мной Анг взглянул на светящийся циферблат часов.

- Они. Пора.

Я аккуратно прислонил пулемет к стене и достал из-за пояса пистолет, который дал мне Анг. На ствол пистолета предусмотрительно навинчен глушитель. Бесшумно выскальзываем из сарая и втроем ползем к дороге. Водителя беру на себя я, Анг с напарником прикрывают.

Из-за поворота послышался шум мотора. Едут. "Ежики" уже на дороге. Из-за бугра ударяет свет фар. Прижимаемся к земле. Лежим, не двигаясь. Машина уже совсем близко. Вот сейчас... Громкий хлопок и шипение спущенной камеры. И тишина. Что же он медлит? Почему не выходит из машины, чтобы посмотреть, что случилось? Или он что-то заподозрил?