Семь заветных цифр, долгие протяжные гудки в телефонной трубке... Да, похоже, ни Вики нет дома, ни ее родителей... Значит...

– Алло, – прервал мои размышления райский голосок.

– Вика?

Никаких сомнений не возникло у меня в том, что это была она.

– Да, я... А это кто?

Увы, но она не узнала меня. Неужели так быстро забыла? А ведь сегодня, расставаясь, мы многозначительно посмотрели друг на друга. Ведь мы уже были связаны тайной... Хотя бы тайной ее телефона, в которую посвятила меня ее мать... Но была и другая, гораздо более глубокая тайна. Тайна любви.

– Ну как же! Это же я, Корней! Мы же в поезде с тобой ехали!

– А-а, Корней... Извини, что не узнала!

– Да ничего... А ты, значит, дома.

– Ну да, у меня же каникулы...

– Каникулы? – удивился я.

У студентов каникулы бывают только зимой и летом, после сдачи сессий.

– Ну, не то чтобы каникулы, – замялась Вика. – Я хотела сказать, вынужденные каникулы... Мы же отпуск брали, чтобы к бабушке съездить...

– К бабушке? Ну да...

Я как-то не задавался вопросом, что делала Вика с родителями в городе, где я служил... А они, оказывается, к бабушке ездили. Зачем? А какая разница?

– А твой папа сейчас где?

– В институте... Ну, мне завтра в институт, а ему сегодня... А маму на работу вызвали, только вечером будет... Но тебе к нам нельзя...

– Да я и не напрашиваюсь, – смутился я.

– А в кино мы бы могли сходить... – утешила меня Вика. – Когда ты будешь?

– Уже лечу!

У меня действительно возникло ощущение, будто за спиной выросли крылья. И я вдруг понял, что чувство окрыленности – довольно опасное явление. Хорошо, что я был в одних трусах и майке, а то ведь выпрыгнул бы сейчас из окна и с концами. Хоть я и десантник, но без парашюта с девятого этажа нас прыгать не учили...