– Да… – опомнилась Йолин. – Да, я хотела поговорить с вами. Простите, я не знаю, каков ваш титул…
– Зовите меня просто по имени, принцесса, – предложил я.
– Как простолюдина? – вскинула брови Йолин.
– Я и есть простолюдин, – хмыкнул я, располагаясь поудобнее. – Мать моя была деревенской знахаркой, отец – простым наемником… Впрочем, вряд ли для вас может представлять интерес моя родословная, принцесса.
– Тогда и вы называйте меня по имени, как в письме, – произнесла Йолин, присаживаясь на подоконник, и лукаво сощурилась. – Раз уж вы так хорошо меня знаете…
– Прекрасно, Йолин, – с удовольствием произнес я её имя. – Так о чем же мы с вами станем разговаривать?
– О нас, – просто сказала Йолин.
– О нас? – Я немного удивился.
– Конечно. – Йолин посмотрела на меня в упор. – Ведь пророчество касается именно нас с вами. Да, можно, я зажгу свечи? Я совсем вас не вижу…
– Не стоит утруждаться, Йолин. – Я щелкнул пальцами, и свечи вспыхнули ровным ярким светом, озаряя большую комнату. В этом свете Йолин смотрелась совершенно волшебно. – Продолжайте же.
Йолин молчала, по-прежнему глядя на меня. Ну что ж, зрелище действительно занимательное. Вообще-то мало кто может похвастаться, что знает меня в лицо, я не слишком общителен.
– Йолин, – мягко произнес я. – У меня не так много времени. Мне не хотелось бы, чтобы меня застали здесь. Сами понимаете, в этом случае мне грозят серьёзные неприятности, а они мне вовсе не нужны. Если у вас есть, что сказать, говорите, не тяните время.
– Я не хочу исполнять пророчество, – тихо сказала Йолин. Тихо, но четко, так что я вряд ли мог ослышаться. – Я не верю, что «дитя любви и света» – это я. А даже если и так, что с того? Я не желаю быть орудием какого-то там дурацкого предсказания!
Она отвернулась. Я молчал, боясь спугнуть её.
– Мне с детства твердили, что вы – чудовище, Маргральт, – произнесла она. – Вы знаете, мне никогда особенно в это не верилось. Конечно, все эти ужасные рассказы о ваших бесчинствах, о вашем драконе, пожирающем рыцарей… Но вы ведь никогда ни на кого не нападали первым, верно ведь? Это даже в летописях записано, а уж как летописцы ни любят приврать, такой факт даже они не смогли исказить!