Я невольно улыбнулся. Бедная принцесса не знала, как меня титуловать. И то верно, официального звания у меня отродясь не бывало. Я могу, конечно, присвоить себе любой титул, какой захочу, но толку-то от него?

– Я не знаю, как это можно сделать, – продолжала Йолин. – Я могла бы тоже написать вам письмо, но… Если бы вы согласились повидаться со мной, я была бы вам очень признательна!

Ну вот! И что мне прикажете делать? Я не могу притащить Йолин сюда – её замок находится под такой магической защитой, что… То есть притащить-то я её могу, но после этого поднимется такой переполох! Но и увидеться с ней мне хочется. Остается одно – самому отправиться к ней!

Я дал знак перу – и по пергаменту, который всё ещё сжимала в руках принцесса, побежали новые строки.

«Если Вы действительно желаете увидеть меня, – написал я, – загасите все свечи в своих покоях, кроме одной. Установите её напротив зеркала и ждите. Я прибуду так скоро, как только смогу».

Йолин на секунду замешкалась, потом всё же выполнила мои нехитрые предписания, тем самым изрядно облегчив мне перемещение в её покои. Свеча, зеркало – это всё дедовские игрушки, но иногда именно такие примитивные способы оказываются куда более удачными, чем новомодные хитроумные изобретения.

Разумеется, я понимал, что отчаянно рискую. Стоит хотя бы одному белому магу, которых полно в замке Йолин, засечь меня – и мне крышка. Мне просто не дадут уйти, навяжут бой на чужой территории и, вполне вероятно, смогут одолеть числом. Даже если и не убьют сразу, то покалечат так, что мне останется только смиренно дожидаться смерти. Я, знаете ли, никогда не был склонен переоценивать свои силы. Да, я сильный маг, но есть маги и сильнее меня. В замке Йолин таких, к счастью, нет, зато других магов там слишком много. Ну что ж, остается уповать на то, что маги – тоже люди и изрядно упились на празднике. А если меня всё же засечет кто-нибудь особенно бдительный, то, надеюсь, сочтет моё перемещение старым дедовским способом за экзерсисы какого-нибудь ученика чародея, коих в замке тоже немало.