Улицы были на удивление пустынны, хотя, как известно, в Н-ске и по ночам бывают пробки. Особенно на подступах к Кольцевой. Пустынны – в смысле автотранспорта. В остальном же ночная жизнь шла своим чередом. У магазинов и в попадавшихся по пути скверах шумно тусовалась разнокалиберная пьянь. То там, то здесь виднелись подмоченные недавним дождем проститутки.

Оголодавшие гаишники хищно охотились за редкими водителями, однако джип со спецномерами тронуть не решались. Свернув на К-е шоссе, Корсаков выехал за пределы Н-ска и значительно увеличил скорость. За окном замелькали огни областных городков, бензозаправки, придорожные трактирчики, круглосуточные палатки… На неровном, давно не латанном шоссе то здесь, то там скопились вместительные лужи воды. Из-под колес машины периодически вылетали веера грязных брызг. Корсаков хмуро смотрел на дорогу перед собой. На высоком лбу полковника залегла глубокая морщина. В уголках рта обозначились резкие складки. «…По сути, совсем еще мальчишки! Средний возраст около двадцати лет. И… вот на тебе!!! Пришлось ликвидировать… Причем фактически безоружных!.. Дурацкие ножички не в счет. Хотя… старика-сторожа ими искромсали жутко! А потом долго и остервенело топтали ногами труп. Места живого не осталось!..