Быстро направив на него дуло торка, он выпустил поток игл в морду твари и с удовлетворением увидел, что чудовище упало на землю, несколько раз содрогнулось и затихло.

Осмотрев тварь, он передернулся, представив себе Вернию в лапах столь мерзкого создания. Особь, которую он свалил, составляла в длину футов восемь и была покрыта серой, как у мыши, шерстью.

На голове формой как у гориллы высоко располагались уши, торчащие, как у лисицы. Нос представлял собою просто две плоские дырки, расположенные на уровне почти что глаз, а рот на торчащей морде походил на пасть пиявки или просто на отверстие, окаймленное по краям острыми пластинами.

Руки тянулись вдоль всего тела, соединяясь перепонкой со спиной и пятками. Туловище и задние конечности напоминали человеческие, только вот все пальцы ног были снабжены острыми когтями.

Достав нож, он склонился, чтобы перерезать мохнатое горло. И тут что-то обрушилось ему на спину. Две длинные костлявые руки крепко обхватили его, а к шее присосался чей-то рот, вызывая острую боль.

В таком положении он не мог воспользоваться ни торком, ни мечом, и приходилось лишь вновь и вновь бить назад ножом, но пока без особого результата. Наконец он, видимо, попал в жизненно важную точку нападавшего, поскольку железная хватка ослабла. Тварь отвалилась от него, издав губами звук открываемой бутылки с шампанским.

Грендон было решил, что отбил нападение, но на него со всех сторон обрушилось пять таких же тварей. Он успел открыть по ним огонь из торка. Одна тварь упала, подбитая, в озеро, оставаясь на поверхности и походя на старый сломанный зонтик. Ближайший грампит поступил не так, как предыдущие, он не стал нападать со спины, а подлетел, затем слегка набрал высоту и атаковал когтями ног.