- Вот беда! - воскликнул он. - Вы полагаете...

Франтоватый человек, более известный как Хэм, быстрым движением вложил клинок в ножны. Затем они бросились в контору.

Монах и Хэм ссорились постоянно. Не было оскорблений, которыми они не осыпали бы друг друга. Но каждый из них охотно отдал бы свою жизнь для спасения друга.

И оба умерли бы за Дока Сэвиджа.

Они примчались в комнату, где стоял ожидавший их Док Сэвидж. Монах тихонько вздохнул с облегчением при виде Бронзового человека.

Хэм был более сдержанным. Одно из самых ярких светил юриспруденции, которые когда-либо восходили в Гарварде, он были приучен скрывать свои чувства.

Док Сэвидж слегка улыбнулся. Он смотрел на табло в коридоре. Сложная система зеркал давала ему возможность наблюдать почти все участки его владений из любого места, а спрятанные микрофоны позволяли слышать разговор.

- Боюсь, большая опасность угрожает Гидальго, - тихо сказал он.

Рык ярости вырвался из груди Монаха.

- Чего же мы ждем? Едем! - взревел он.

- Все еще думаешь о милашке-принцессе? - саркастически спросил Хэм.

Монах покраснел.

- Мы все знаем, что без Гидальго не сможем служить справедливости, спокойно продолжал Док. - Но не только в этом дело, ведь мы взяли на себя обязательство защищать от беды граждан республики.

- Ну, тогда... - подмигнул Монах.

- Я взялся за другую работу, - спокойно объяснил Док.

На мгновение воцарилась тишина. Она свидетельствовала об уважении, которое помощники питали к своему Бронзовому вождю. Они не спрашивали. Они просто ожидали приказов.

Док вкратце рассказал Монаху и Хэму о том, что произошло и что сообщил Бэрон Вардон.

- Мне не нравится этот тип, - процедил Длинный Том. - Даже если он из Лиги Наций, мне он показался мошенником. И он вышел отсюда как раз перед приходом посыльного.

Казалось, волосы встали дыбом на затылке Монаха.