— Икра черная, икра красная, икра белая… блин, горячка это белая, а не икра…

От обилия закусок на столе рябило в глазах. Конечно, зрелищем жареного поросенка, аппетитно лежащего на овальном деревянном блюде, бравого капитана было трудно удивить, но запеченные целиком лебеди с гордо поднятыми головами доконали Илью. А тут еще ароматы из высоких кувшинов…

— Вы уж простите, хозяева дорогие… — внезапно осипшим голосом пробормотал в пустоту Илья, — но терпеть больше мочи нет. — И, отбросив все сомнения, сел во главе стола (не из наглости, а в силу привычки — за спиной стена, распахнутая дверь напротив, окна тоже перед глазами). Не долго думая, сграбастал со стола кувшин и, не обращая внимания на стоящую рядом чару, приник к горлышку.

— Фу-у-у, — покачала косматой головой медведица, — ну и манеры… Набрался ты в тридевятом царстве… Ну ничего, как только к нам прежний облик вернется, я займусь твоим воспитанием.

Василиса дыхнула на мгновенно запотевшее зеркальце и осторожно протерла его мохнатой лапой. Из глубины овальной зеркальной поверхности, обрамленной серебряной оправой, на медведицу смотрело повеселевшее лицо Ильи, довольно вытиравшего рот рукавом.

— Почему я его не вижу!!! — бесновался Кощей.

— Ничего не могу поделать. Над посадом магический щит. Хочешь узнать, что внутри, — поди и посмотри, — злорадно проинформировало зеркало.

— Работничек! Послал гос… — Кощей внезапно поперхнулся и разразился сухим старческим кашлем.

— Не поминай имя Господа всуе, — ехидно посоветовало зеркало, — ибо сказано в Писании…

— Молчать! — взвизгнул Кощей. В руке его материализовался молоток. Не такое уж ты и ценное, — зловещим голосом прошептал он, подступаясь к задрожавшему трюмо, — какого-то щита дрянного испугалось.