— А может, вернемся к первоначальному тексту договора? — робко попросил Бессмертный.

— Можно, — лучезарно улыбаясь, согласился Люцифер, — я же говорил: наша фирма предоставляет полную свободу выбора своим клиентам.

— Разумеется, с маленьким изменением, — рискнул добавить Кощей.

— Опять? — грозно насупил брови Люцифер.

— Совсем, совсем маленьким, — залебезил Бессмертный и, получив разрешающий кивок дьявола, продолжил: — Предлагаю спорную фразу «…с момента окончания…» чуть-чуть подкорректировать. Ну, скажем, так: «…через тысячу лет после окончания…»

— Ты испытываешь мое терпение.

— Пятьсот.

— Довольно!

— Двести.

— Вернемся к неустойке.

— Сто.

Безнадежно махнув рукой, дьявол щелкнул пальцами, и медицинские принадлежности с легким хлопком исчезли в воздухе, полотно с треском вырвалось из рамы, аккуратно свернулось в рулон и нырнуло под мышку Люцифера.

— Благодарствую за подарок. Дивная картина.

— Пятьдесят… ну десять, — завопил Кощей, видя, что Люцифер не шутя собирается в родные пенаты.

— Я навещу тебя через три дня, — пообещал дьявол.

— Год. Ты можешь дать мне год? — рассердился Кощей.

— Могу. Месяц.

— Полгода.

— Два месяца.

— Четыре.

— Три. И больше не проси! По рукам?

— По рукам. — Кощей впечатал свою костлявую ладонь в волосатую длань Люцифера.

— Ну, излагай свои проблемы, — покровительственно похлопал Кощея по плечу дьявол. — Я в полном твоем распоряжении.

— Понимаешь, с Иваном-дураком никак справиться не могу…

— Угораздило тебя. А ну-ка поподробнее.

Кощей принялся излагать грустную историю своей безответной любви. Под конец он так расстроился, что не удержался от скупой мужской слезы. Люцифер, дав выплакаться себе в жилетку (роль жилетки добросовестно выполнил его безупречный фрак), озабоченно произнес: