— Ну что ж, капитан, будем трезветь на ходу, — вздохнул Илья и, поправив на плече автомат, быстрым шагом направился прямиком в расставленные на его побратима силки.
— Идет! — истошно заорал Соловей-разбойник. — Лихо, Иван идет! Вставай скорей.
— Зачем? — простонал из кустов Лихо.
— «Зачем-зачем»… — передразнил Соловей. — Навстречу пойдешь. Нищеньким прикинешься. Ты, главное, сил его жизненных лиши, а там и я за дело возьмусь.
Стеная и причитая, Лихо выполз из кустов и побрел навстречу Илье.
Сам виновник переполоха в этот момент находился на окраине леса, внимательно изучая первый дорожный указатель, встретившийся в этих местах. Надпись, начертанная на огромном замшелом камне, вросшем в землю, гласила:
Прямо пойдешь — женатому быть.
— Ну, блин, приколисты, — сплюнул с досады Илья. — Точно, на Лукоморье набрел. Нет, вредно пить из мелкой посуды. Пил бы из Ванькиного ковшика, спал бы сейчас на заимке сном праведника. Однако по какой дорожке-то топать? — Илья вытер рукавом обильно выступивший пот. Выбор, собственно, невелик: что направо туфта, что налево… Тем не менее второй вариант пришелся ему по вкусу. Перед мысленным взором капитана возник огромный бокал холодной воды, которым он запивает предварительно принятый стакан водки.
Нет, похмелиться просто необходимо. «А вдруг и впрямь на стакан нарвусь, чем черт не шутит? — Илья задумчиво почесал затылок и качнулся было налево, но тут из-за деревьев показалась жалкая, сгорбленная фигурка Лиха Одноглазого. — Тьфу, блин! На бомжару нарвался», — мелькнуло в его голове, но так как поблизости никого больше не было, капитан все же двинулся по дорожке, заготовленной для него Кощеем Бессмертным.
— Уважаемый, — зашумел он еще издалека, — эта дорожка, случайно, не в Лукоморье ведет?
Лихо медленно поднял голову…
Соловей-разбойник, радостно хихикая, заерзал на суку, потирая руки:
— Давай, одноглазенький, крути его!
И Лихо начал крутить.