- У меня есть к тебе несколько вопросов, Павел,- начал Джафар; по-русски он говорил практически без акцента.

- Я готов ответить на любой из них.

- Это хорошо, - отметил Джафар. - Мы друзья, Павел, и между нами не должно быть конфликтов. А если вдруг случается конфликт, мы должны его улаживать.

- Я полностью с тобой согласен, Джафар,- сказал Стриженый, который Дейла Карнеги читал и старался следовать его советам, особенно при общении с такими опасными людьми, как этот азербайджанец.

Джафар покивал удовлетворенно.

- Ты торгуешь военной амуницией? - задал он первый за сегодня по-настоящему серьезный вопрос.

Стриженый почувствовал беспокойство. Он действительно довольно быстро сбагрил полученную им натовскую амуницию оптовикам с рынков в Апраксином дворе и Автово, но сделку проводил через третьих лиц и не думал, что его так быстро вычислят. Эх, ну почему этот лейтенант оказался таким несговорчивым? Да и Куратор мог быть пооткровеннее. Стриженому катастрофически не хватало информации о деле с норвежскими транспортами, и он боялся допустить непоправимую ошибку. Он правильно боялся.

Отпираться не имело смысла: Джафар наверняка запасся неопровержимыми доказательствами причастности группировки Стриженого к сделке. Павел выбрал другую тактику.

- Амуницией? - Стриженый изобразил секундное замешательство.- А, ну да... Было такое... Провернул одно дельце по случаю. Но почему это тебя интересует, Джафар? Если ты решил заняться торговлей военными побрякушками, я с радостью уступлю тебе место на этом рынке. Меня, ты знаешь, подобный товар мало интересует.

- Я не услышал ответа на свой вопрос, - сообщил Джафар.

Ну, Карнеги, не подведи!

- А что ты хочешь услышать? - Стриженый напялил на себя маску недалекого малого.