- Валька! Кагарлицкий! - закричал Аслан радостно. - Ну здравствуй, товарищ лейтенант.

Вся четверка приостановилась. Кагарлицкий смотрел непонимающе, потом лицо его осветилось.

- Аслан! - закричал он в ответ. - Чахкиев! Ну здравствуй, сержант!

Они обнялись. Маканин, стоя в сторонке, с любопытством наблюдал за этой сценой.

- Старый друг? - поинтересовался он. Кагарлицкий спохватился.

- Извини, Аслан, я, понимаешь, на работе. А это мой шеф, - он обернулся к господину советнику, - Лев Максимович.

Тут Кагарлицкий замешкался, но, видя, что Маканин настроен доброжелательно, представил ему Аслана:

- Мой старый приятель и сослуживец. Аслан Чахкиев. Сержант ВДВ.

- Очень приятно, - господин советник с улыбочкой пожал Аслану руку. Надолго в Мурманске? Аслан пожал плечами:

- Может быть, навсегда.

- Что ж, желаю удачи, - Маканин кивнул, прощаясь, и двинулся дальше по магазину; охранники поспешили за ним.

Кагарлицкий посмотрел им вслед и заторопился.

- Вот возьми, сержант, - он сунул Аслану в руку свою визитную карточку с золотым обрезом. - Звякни вечерком, после восьми - встретимся, попьем водочки, вспомним прошлые денечки. А сейчас мне работать надо.

- Да я понимаю, - Аслан изобразил сочувствие.

- Ну я побежал, - сказал Кагарлицкий. - Не пропадай, сержант.

- Не пропаду, - пообещал Аслан, "Пропадать" действительно не входило в его планы.

* * *

О дне сегодняшнем заговорили только после того, как почти вся водка была выпита, почти все деликатесы съедены, а дело шло к полуночи, и жена Кагарлицкого, Ольга, поначалу гостеприимная, пару раз намекнула, что пора бы и закругляться.

- Так ты в Мурманске надолго? - спросил Кагарлицкий.

Он фактически повторил вопрос своего шефа, заданный несколько часов назад, хотя, разумеется, знал на него ответ. Аслан тоже не стал оригинальничать.