–Так, только спокойно.

Бух

–Все под контролем!

Бух

–Ой, дверь шатается, похоже я ее разозлила не на шутку, надо же – шуток не понимает.

Бух. Бух. Бух.

–Ну, все!

И она, отодвинув кресло, рванула дверь на себя, отскочив в сторону. В то же мгновенье мимо что-то пролетело, натолкнулось на перила, споткнулось о первую ступеньку лестницы и кубарем слетело вниз, затихнув у ее подножия.

Алена подошла к перилам и взглянула вниз. Да, там было что посмотреть: среди гор юбок лежала взрослая женщина. Одна ее нога лежала на ступенях, другая опиралась на перила, а руки – разбросаны в стороны. На лице – выражение великомученицы, взгляд летаргически блуждает по потолку.

–Ты убила маму. – Прошептал кто-то сзади. По голосу – Анастасия.

–Да нет, вроде еще дышит, – задумчиво возразила Гризелла. – В любом случае надо проверить, кстати, как дом делить будем? Могу тебе уступить чердак, там отличный вид.

–Ну, вот еще, сама лезь туда, а я жить хочу и вообще я старшая дочь, так что по закону…

–А чего это ты старшая, это еще доказать надо, в любом случае все оставшиеся украшения мои.

–Подавишься, да ты вообще тут приживалкой будешь по моей милости!

–Я приживалкой?!!

–Пусти, щас в нос дам…

–Ах ты, дрянь, ну держись!

–Убью-у-у-у!!!...

Аля в прострации обернулась, и увидела двух сестер, дерущихся за наследство при еще живой матушке. Она даже отошла подальше, давая простор боевым действиям. Вроде бы Гризелла отжевывала Анастасии ухо, пока та вполне целеустремленно снимала с нее скальп.

Но тут в самый пиковый момент очнулась всеми забытая мачеха и со стоном начала подниматься на ноги.

–Маменька, – хором крикнули сестренки, и, расцепившись, понеслись вниз.

– Добивать, что ль, – предположила немного очумевшая Аля.

Но ничего такого девушки предпринимать не стали, напротив, на их лицах сияла лишь глубокая дочерняя любовь.