- Но ведь он дома, а должен еще целый месяц находиться в Таджикистане, - не сдавался Сергей. - Разве это не подозрительно?

- Ну... может быть, он заболел и потому вернулся раньше времени.

- И даже не сообщил об этом в институт?

- Вот что, - решительно сказал Митин. - Не будем фантазировать. Отправляйся к Погорельскому и допросиего. Можешь c пристрастием, я разрешаю. Прихвати гранки его первой статьи. Может быть, он пощадит труд линотипистов.

Квартиру Погорельского Сергей Морозов нашел без особого труда, хотя прежде бывать здесь ему не доводилось. Уже минут пять, наверное, Сергей стоял у двери, никак не мог решиться позвонить. Руки вспотели и не желали подчиняться, ноги противно дрожали, сердце ломились, кровь отчаянно шумела и ушах

"Ну. успокойся, - уговаривал он сам себя. Чего вдруг так разволновался? Спокойно, спокойно. Ученые обычно не кусаются".

Неожиданно дверной замок громко щелкнул, и дверь распахнулась перед носом Сергея. Сергей не нажимал на кнопку звонка, а потому вздрогнул и невольно попятился

В дверях стоял Погорельский и пристально смотрел в глаза Сергею. От его нестерпимо обжигающего, всепроникающего взгляда в груди у Сергея словно что-то оборвалось Необъяснимый, дикий страх парализовал его. Ноги предательски подкосились, и потерявший сознание Сергей начал падать.

Погорельский не дал упасть своему гостю. Легко подхватив, на руки обмякшего Сергея и его портфель, он постоял несколько секунд, прислушиваясь. Никого не было.

Ученый удовлетворенно хмыкнул и, захлопнув дверь ногой, понес редактора в гостиную. Там он аккуратно уложил Сергея в кресло, обыскал его, изучил найденное в нагрудном кармане пиджака служебное удостоверение. Не обнаружив в карманах Морозова больше ничего достойного внимания, Погорельский взялся за портфель гостя. Рукопись своей последней статьи он читать не стал, а вот гранки просмотрел внимательно.