Глуховатый голос андроида словно подчеркивал его скептицизм. Подумаешь, скрижали великого народа!

— Возможно, — согласилась Урсула.

Под ее руководством небольшой робот закончил сканирование изображения и откатился в сторону, ожидая дальнейших инструкций. Урсула отступила назад и уселась по-турецки на другой автомат, продолжавший невозмутимо жужжать. Она вытянула руки перед собой, обрамляя картину, которую пыталась понять, и долго держала их на весу. При здешней тяжести это было совсем не трудно.

Колонисты испещрили стену сложными рисунками, строчками и столбцами иероглифов. А все это время наверху бушевало сражение. Узкие полоски выдолбленных знаков прерывались легко узнаваемыми изображениями Солнца, планет и космических кораблей.

Чаще всего на стене попадались рисунки сложных машин.

Урсула и Гэвин пришли к заключению, что послание начинается с левого нижнего угла, где был изображен межзвездный зонд, подлетающий к звездной системе — вероятно, Солнечной — с тонкими линиями планетарных орбит. За первым фрагментом следовала пиктограмма этого же зонда, но уже развернувшего вспомогательные аппараты на некоем подобии планетоида и начавшего процесс самовоспроизведения.

Дальше восемь копий первого зонда покидали пределы Солнечной системы. Ниже ряда дочерних зондов располагались четыре символа, из них три одинаковых. Урсула предположила, что они обозначают двоичное число восемь. Это подтверждали и стоящие там же восемь точек.

Расшифровка уже началась! Урсула сделала пометку в бортовом журнале. Скорее всего данный тип зондов был запрограммирован только на восемь собственных копий, не больше. Это давало ответ на вопрос, мучивший Урсулу несколько месяцев. Если самовоспроизводящиеся зонды бороздили Галактику миллиарды лет, то странно, как минеральные ресурсы планет остались практически нетронутыми. Теоретически, достаточно развитая технологическая цивилизация сумела бы растащить на кусочки не только астероиды, но даже и целые звезды. Примитивные зонды могли, словно прожорливые вирусы, поглотить всю Галактику. И не осталось бы ничего, кроме несметных скоплений роботов, пожирающих друг друга в погоне за сырьем. Патология, которая в итоге привела бы к энтропийной смерти всей системы.