– Давай за мной! – весело скомандовал он.
– А вылезать как? – осторожничала Марфа.
– Грифон, немедленно прекратите самодеятельность! – не преминула вклиниться Немка. «Р» от «пРекРатите» противно перекатывалась у нее во рту, как подобранная с пола окаменевшая карамелька.
– Шайзэ, – выругался Трифон и, не будучи уверен в своем немецком, перевел: – Дерьмо! – Потом снова позвал Марфу: – Ну, давай же!
– Я боюсь, – призналась она.
– Чего? – рассмеялся Трифон. – Из капсулы вывалиться?
Действительно, в то время как сознание операторов без жалости и страха манипулировало мощнейшими боевыми единицами, их человеческим телам, оставшимся в управляющих капсулах, угрожали разве что пролежни да неприятные сюрпризы от органов выведения.
Первого КЛОПа, сунувшегося в канал, Трифон, укрывшийся за естественным изгибом, накрыл еще на спуске, так что до дна он долетел уже бесформенной и бесполезной грудой, которую не приняли бы даже в металлолом. Второй КЛОП сам неуклюже приземлился на плоскую спину, да так и остался лежать, беспомощно семеня лапками точно одноименное насекомое, и обугливая ни в чем не повинный песок метра на три вокруг себя.
Этот бессмысленный расход боекомплекта Трифон счел лишним подтверждением того, что повстанцы черпают энергию для боя откуда-то не оттуда. Из страха, из паники, возможно, из предчувствия близкой гибели, в общем, совсем из иных источников, чем все нормальные люди.
Тратить на лежачего свежий заряд было жаль.
– Погоди ты! – остановил Трифон Марфу, которая, судя по частоте несущихся в эфир «маленьких» и «миленьких», начала заводиться не на шутку. – Сам добью.
А потом просто подъехал к перевернутому на минимально безопасное расстояние и слил на его беззащитное брюхо все, что оставалось в практически разряженных генераторах. И едва не поплатился за такое циничное хулиганство.
Третий КЛОП, предусмотрительно оставшийся наверху, выпустил по Трифону разряд, по счастью, короткий и одиночный. На большее его предусмотрительности не хватило, так как Марфа, чьи накопители, казалось, вот-вот расплавятся от переполнявшей их энергии, с утробным урчанием уничтожила его единственным выстрелом. КЛОП, конечно, сдетонировал напоследок, но многочисленные осколки разлетелись поверху, никому не причинив ущерба.