У меня в наличии уйма планов. Обменять ларчик на обед в харчме старого Хун-Хуза, ущипнуть за грудь пышку-служаночку, послушать сплетни. В разговоры не встревать: к тихим бродягам здесь относятся равнодушно, это выяснилось еще с первого визита к Хун-Хузу. Выпить манговой фьюшки. Лучше светлой, она кислее. Почуяв приближение "пшика", слинять обратно в храм. Или хотя бы выйти из харчмы. Я столь явственно представляю будущие действия, что кажется, будто они уже - в прошлом. Шаткий мостик через Грязнуху. Пятеро людей сидят на корточках возле шалаша курьих пастухов. По углам пентаграммы, начерченной палкой прямо на земле. Бояться, в сущности, нечего, но ноги каменеют, а на лбу выступает испарина. Взятки с меня гладки, убивать не за что, да и бесперспективно оно - убивать меня, беднягу, тихо шедшего куда-то... Липкий ужас, ты откуда? Страх, скажи: откуда взялся? Почему я робко прячу тело жирное в кустарник, где колючек много больше, чем желал бы обнаружить?! Я от белого хорея заикаюсь и дурею, в панике, объявшей душу, я смотрю исподтишка - пять недвижных, пять спокойных, пять в широкополых шляпах, пять в плащах без капюшонов. Словно пятерня ладони перед сжатием в кулак. - Вот она! И в мертвой хватке, тихо взявшись ниоткуда - закричав, забившись! - тело, ослепляя белизной...

III. УЛ. ГЕРОЕВ ЧУКОТКИ 26, КВ. 31, С ПЕРЕРЫВОМ НА ЧЕРЕПНО-МОЗГОВОЕ

"Mнe кaжeтcя, Влад Снегирь пpeкpaтил твopчecтвo и нaчaл зapaбaтывaниe дeнeг. Если его ранние книги создают настоящий театp, с вешалкой, подмостками и актеpами, то последние тексты... Да, есть вешалка, подмостки и актеpы, но театp - кукольный. Сложил, сунул в каpман, пошел дальше. С каждой книгой - все хуже. Причину можно изложить очень коротко: эксплуатация одного набора психологических профилей персонажей и одного стиля." Из отзывов читателей

Сдох, скис, исписался! Кураж, где ты?! - не говоря о таланте, которого у меня, видать, сроду не водилось. Кураж, тираж... Мираж. Работа стояла насмерть, как ополченцы на стенах осажденной Дангопеи.