Обратившись к своим людям на их родном языке, Маэль приказал позаботиться о коне Донала, его вьючном муле и багаже гостя. Человек из Клана спешился и следом за хозяином вступил в ворота.

Крытые черепицей каменные дома выстроились квадратом - так легче обороняться; по углам высились сторожевые башни, приглядывая за мощеным двором, где и происходила вся жизнь фермы. В нынешние мирные дни живность кишела повсюду; склады перестроили под мастерские, кладовые и даже жилые помещения. Возле стен группами толпились женщины и дети, вышедшие поприветствовать гостя. Они неловко молчали, не вполне понимая, что делать; конечно, манеры в этом краю не отличались скромностью, но к ним явился святой.

- Эй, нечего стесняться, нечего! - прогрохотал Маэль. - Беритесь за дело, доставайте все лучшее, готовьтесь - вечером будет пир. - После этих слов женщины начали приседать, улыбаться, некоторые захихикали.

Залаяли псы, коты бросились врассыпную от внезапно зашаркавших ног.

Осталась на месте лишь симпатичная женщина с подернутыми сединой прядями, спадавшими на плечи. Возле нее стояли десятилетний мальчик и девушка лет семнадцати.

- Мак Таленс Донал Ферлей, вот моя жена Джосси, - проговорил Маэль.

Гость приветствовал ее вежливым жестом. - Наши старшие сыновья и дочери уже поселились отдельно. Мы пошлем за ними, но мой младший сын Тадег и дочь Катан перед тобой.

Взгляд Донала обратился к девушке и словно застыл. Медленный румянец пополз по ее щекам и шее. Девушка опустила ресницы на темно-синие глаза. Стройную изящную фигурку словно вылепил скульптор, она вполне могла сойти за женщину из Клана. Когда настала очередь девицы приветствовать гостя, слова едва можно было расслышать. Она хорошо разговаривала на франсее; теперь, когда их земля сделалась частью Домена, дети из богатых семей, обитавших в Брежеге, изучали этот язык в церковной школе.