О чем думали другие Творцы, черт бы их всех побрал?

О чем думала сама Аня?

Или воля Атена и других иже с ним заставила ее поступиться собственными желаниями?

Я не мог заснуть, хотя и чувствовал потребность в отдыхе. Но мой разум распорядился по-своему.

Я вспомнил все свои былые жизни и миссии, эпохи и континенты, куда Золотой бог направлял меня.

Я снова был Осирисом в Египте, задолго до строительства первой пирамиды; Прометеем среди снега и льда ледникового периода.

Я взбирался на стены Иерихона и содействовал исчезновению неандертальцев из цепи эволюции.

Я всегда находился на службе у Атена. До сих пор мне удавалось успешно выполнить все его задания с помощью Ани, богини, которую я любил.

Золотой бог ненавидел меня за это чувство. И в равной степени он ненавидел Аню за ее ответное чувство ко мне.

Много раз она рисковала больше чем жизнью, принимая человеческую форму, чтобы соединиться со мной, и каждый раз Атен изобретал новую дьявольскую уловку, дабы разъединить нас.

Надо отдать ему должное, он был неистощим на выдумки и до сих пор неизменно одерживал победу.

Я снова был Орионом - Охотником, одним из созданий Атена, его рабом и игрушкой, осмелившейся влюбиться в богиню.

Так куда же и зачем закинула меня на этот раз воля Золотого бога?

Почему он сначала направил меня сюда, а затем столь неожиданно покинул меня? Неужели только ради того, чтобы в очередной раз разлучить меня с Аней?

Атену порой были свойственны многие человеческие чувства. Это я хорошо знал по собственному опыту.

Или, может быть, правильнее было сказать, что нам, людям, были свойственны чувства Творцов?

Вряд ли. Атен мог быть ревнив, но не мелочен. Скорее всего, он, по обыкновению, вынашивал свой очередной безумный план по сохранению континуума, в котором Лунге отводилась значительная роль.