Нервничает, что ли?

От Арагорна действительно веяло не весельем, а тревогой. И вообще он был весь какой-то не такой. Абсолютно трезвый, собранный и злой.

— Чего надо? — хмуро спросил я.

— Вас, доктор. Проснуться изволили? — съехидничал старший мастер. — Собирай свои медицинские манатки, и идем.

— Ты же говорил, «Скорая» на игре будет, — не понял я.

— Есть «Скорая», только там ни фига не понятно, поэтому без тебя никак, — туманно объяснил Арагорн. — В общем, время — деньги, собирайся и пошли!

— У кого-то крыша съехала? — догадался я.

— И это тоже, — кивнул мастер.

— С кем хоть проблемы? Кто болен?

— Мир.

Я занырнул в палатку, включил фонарик и быстро накинул стеганый подкольчужник. Отыскал сапоги, обулся.

— Готов? — Арагорн изнывал от нетерпения.

— Угу, — пробурчал я. — Куда хоть идти?

Старший мастер махнул куда-то в сторону ручья. Помнится, на той стороне стояло несколько людских крепостей. Я поспешил за Арагорном, мысленно спрашивая себя, какого черта я тут вообще делаю.

Вопрос это, конечно, риторический. Тем не менее он в последнее время все чаще приходил ко мне в голову. Вообще-то я — не пацан сопливый, как большинство здесь, а взрослый дядька. Уважаемый коллегами и родными пациентов врач-психиатр, без пяти минут заведующий отделением. Точнее, без пяти месяцев. Перед Новым годом нашей шефине исполняется 55, и она уже заявила, что, получив пенсию, работать в «этом дурдоме» не намерена. Причем определение «дурдом» относилось не к пациентам, а к сотрудникам и к руководству. К начальству — даже в большей мере…