- Да... - Орлан взглянул на часы. - Скоро отправлюсь в Хьюстон. Примерно на недельку.

- Хьюстон какого года? - спросил Дарий.

- Две тысячи двадцатого...

- О, это интересно... И рискованно. Последний остров старого мира.

- Представь себе, за эти пятьдесят восемь лет мы почти ничего нового не узнали о трагедии этого обломка цивилизации. Преодолеть хьюстонский барьер очень важно. Ты ведь знаешь, они искривили пространство и изолировались... Но у нас появилась одна новинка... Теперь можно прорваться туда. Посылают меня...

- Так много нового появилось...

- Пятьдесят восемь лет - не шутка... - усмехнулся Орлан. - Но не волнуйтесь, быстро привыкнете. Не удивишь вас ни биокиберами, ни бытом, ни темпоральными выходами... Где-нибудь через несколько дней я вернусь и возьму вас... и сына... Надеюсь, мне разрешат. Хотя он и рожден в этом времени, но все-таки ваш сын...

- Мы уже стары. Орлан. Поздно возвращаться.

- Почему?

- Ну... просто так... Старые мы уже. Орлан. Да и сын, внучка... Хочется видеть их каждый день... А ты, Орлан, женат?

- Да. Валерия моя совсем молодая. Вот увидите... Она историк, часто бывает в вашем времени...

Все напряженно молчали.

- Пойдем, я покажу тебе наш дом, - вывел всех из задумчивости Дарий Стах, вставая из-за стола. - Все это своими руками...

- К сожалению, не могу, меня ждут, - снова посмотрел на часы темпорального выхода. - А ты, братик, так мало мне рассказал.

- Орлан, в нескольких словах всю жизнь не перескажешь. Был в колхозе, потом служил в ЧК, закончил университет, учительствовал, потом - война, всю ее прошагал в пехоте, дали Героя. После войны - директор школы. А теперь на пенсии. Вот когда ты оттранспортируешь нас к себе... к нам, в две тысячи триста пятьдесят восьмой, я все и расскажу тебе... Это, считай, готовый роман. Ты же писатель...

Понимали, наступила пора расставания...