— Уделишь мне несколько минут? — галантно продолжил Ильдавур, взяв в свои тонкие прохладные, но неимоверно сильные пальцы свободную руку девушки, и коснулся ее запястья легким, как перышко, поцелуем. Соблюдя людские формальности, вампир поздоровался с гостьей на свой лад.

— Конечно, — нисколько не чинясь, весело улыбнулась Элька, простив приятелю его выходку, — ты же знаешь, я люблю с тобой болтать. А уж если меня задабривают такими вкусностями, готова слушать что угодно, даже… — девушка задумалась, подбирая самое страшное сравнение, — даже лекцию по физике.

Бровь Ильдавура выгнулась в веселом недоумении. Опустившись в кресло напротив собеседницы, вампир заметил, качнув головой:

— Боюсь, лекциями по этому чуждому мне предмету я тебя обеспечить не смогу, моя дорогая леди.

— И не надо, — энергично согласилась Элька, вспоминая пронзительный, врезающийся, кажется, в самую сердцевину костей голос учительницы, от которого не спасала даже способность девушки не слышать того, чего слышать совсем не хочется, выработанная годами школьной каторги. Взяв еще одно пирожное, Елена отломила от него кусочек и протянула умостившейся на подлокотнике кресла Мыше с легким упреком в голосе: — На, провокаторша!

Поняв, что прощена, Мыша аккуратно ухватила подношение с ладошки хозяйки и, аппетитно причмокивая, принялась жевать.

Теперь уже обе красивые брови высокородного вампира, наблюдавшего сию жанровую сценку, поползли вверх в немом удивлении:

— Ты кормишь посланника едой?

— Я помню, ты говорил, что Мыша не нуждается в пище, но ведь это не означает, что ее нельзя побаловать каким-нибудь лакомством. Ей очень нравится! — правдиво и чуть- чуть виновато ответила Элька.

— Невозможно, — снова качнул головой изумленный Ильдавур. — Посланники не едят потому, что питаются энергией, эти создания просто не способны воспринимать иную пищу!