— Да, но это лишь вопрос получения сигнала через местную внутреннюю среду. Мы сами выбираем частоту и не можем предугадать, какое вещество встретится по пути, но совершенного выбора нет, и с этим придется смириться. Думаю, они сделали то же самое. Если бы они были фанатичными пуристами, то общались бы посредством абсолютно других методов.

— Хорошо. — Джазим углубился в модель. — Так куда же мы попадаем?

Ответ краток: никуда. Если луч не полностью блокируется намеченной целью, то значительно распространится, продвигаясь через галактический диск, но не станет таким широким, чтобы переметнуться через точку аванпоста Амальгамы.

— Слишком здорово, чтобы упускать такую возможность, — сказала Лейла. — Нужно запустить современную обсерваторию по траектории луча.

— Причем следует сделать это до того, как узловые модули сообразят, что их снесло слишком близко к чему-то опасному, и включат двигатели для исправления курса, — согласился Джазим.

Супруги поразмыслили над возможностями выполнения задачи. Повсеместно, где Амальгама установила свое присутствие, инфраструктура могла трансформировать данные в материальные объекты. Также не составляла никакого труда передача в любую точку самого себя и нужного оборудования; единственным ограничением была скорость света. Чрезмерно обширные запросы порой отклонялись, но на умеренные заявки отказы приходили редко.

Намного труднее дело обстояло с сырьем, в этом случае вместо четких данных следовало посылать какую-нибудь техническую спору. Если время поджимало, то энергия затрачивалась не только на доведение споры до релятивистской скорости — затраты, растущие как снежный ком благодаря массе защитного экранирования, — еще приходилось терять изрядное количество времени на стадии торможения, иначе спора поразит цель с такой силой, что превратит ее в плазму. Для замедления споры можно использовать взаимодействие с межзвездной средой, чтобы не пришлось везти с собой еще большее количество массы в качестве топлива для торможения, но в целом занятие было страшно неэффективным.