В лучах солнца в ее руке сверкнул меч. — Наконец!» Стоявшие около царицы подруги облегченно вздохнули вместе с ней. Но радость оказалась преждевременной: за одинокой всадницей никто не последовал, да и сама она, повернув коня, поскакала к холму. Тут только царица поняла, что это не Альциона — гребень на шлеме был другого цвета, другой масти была и лошадь. Беспокойство закралось в душу, и она пустила коня навстречу.

— Царица!.. — Неизвестная амазонка в нескольких шагах натянула поводья. Ее голос сорвался, она с трудом перевела дыхание. — Царица! Нас обошли… Конница… Много… Ее ведет сам царь!.. Альциона вступила в битву и пала. Ее место заняла Атис… Она послала меня к тебе. Помоги…

Окровавленный меч скользнул из руки всадницы, и она повалилась на шею коня, судорожно цепляясь за гриву. Мятый шлем с изрубленным гребнем покатился по траве. Безжизненно рассыпались густые каштановые волосы… Кто-то из подруг подхватил ее, и царица увидела оперение стрелы, глубоко пронзившей спину.

Минутная растерянность сменилась решимостью. Она обернулась к начальнице кавалерии:

— Тайгета! Возьмешь полутысячу и лучниц. Иди на помощь Меропе. Конницу навстречу царю поведу я сама!

— Прости, царица… — хотела возразить Тайгета, но она прервала:

— Я сказала! — и поскакала с холма.

Осадив коня перед строем замерших всадниц, она выхватила меч:

— Там, в неравной схватке, умирают наши подруги! Пала бесстрашная Альциона! Смерть врагам!

Опустив на лицо забрало, ударила лошадь мечом плашмя по крупу и понеслась вперед. Позади топот множества копыт смешался с диким визгом — конница амазонок пошла в атаку.

Едва миновали пригорок, царица увидела Атис. Без шлема, с разметавшимися волосами, в изодранном плаще, окруженная горсткой подруг, — все, что осталось от тысячи Альционы, — она бешено рубилась с вражескими кавалеристами. Издав воинственный клич, направила коня к ней. Ураганом ворвались амазонки в ряды нападавших. Все закружилось в пляске смерти.