Собровец-чеченец опустил стекло — рукоятка стеклоподъемника вращалась с омерзительным скрипом, и протянул поддельный документ, при этом рука его не дрожала. Взглянув вскользь на удостоверение в сафьяновой коже, снабженное всеми печатями и подписями, боец исламского полка вернул его. После этого для порядка осветил фонарем салон машины. Водителем был аварец, так что подозрений он не вызывал. Двое русских лиц, в принципе, тоже — в силовых структурах Чечни было немало русских.

И вдруг боец будто на что-то напоролся. Его взгляд прилип к лицу Алейникова, а потом скользнул воровато в сторону.

У Алейникова ухнуло вниз сердце, на лбу выступила испарина. Без сомнения, боец исламского полка узнал его!

Сам Алейников не мог вспомнить, где видел этого молодого, рослого, со шрамом, прочерчивающим высокий лоб, чечена. Немало было возможностей повстречаться в ту войну боевику и заместителю командира СОБРа, пропылившего на БТРе по всем чеченским дорогам. И где-то свела их судьба и развела тихо — оба остались живы. И вот она, лихая, столкнула их лбами снова на этой узкой дороге. И теперь им уже не разойтись…

— Проезжайте, — с деланным равнодушием произнес боец.

Собровец-чеченец, забирая у него удостоверение, важно кивнул и поблагодарил на своем языке.

Алейников знал, что будет дальше. Боец по рации сообщит командованию о неожиданной встрече, и вскоре в Нижнетеречном районе будут подняты на ноги все силы, начиная от шариатской гвардии и кончая экологическим батальоном и бандой Булдаева, расположенной в станице Ереминская в двадцати километрах севернее. И тогда придется пробиваться к своим и быть готовым в любой момент принять неравный бой.