- Едем, едем. Все как договаривались - и, плюхнувшись рядом с водителем, скомандовал: - Грузитесь, чего ждете?

Марат, ухватившись за дугу, закинул себя в джип. Я сделал то же самое но, уже приземляясь на сиденье почувствовал, как в левую ягодицу втыкается что-то твердое и явно железное. Машина рванула вперед, поэтому сразу привстать не получилось и, шипя сквозь зубы от боли, пришлось несколько секунд бороться с инерцией. В конце концов, все-таки удалось отодвинуться и рассмотреть, что именно пыталось лишить меня девственности.

В зажимах торчал ППС, затвор которого чуть не порвал новенькие, диагоналевые галифе. Повернувшись к Марату и страдальчески потирая ушибленное место, я возмущенно спросил:

- Шараф, на хрена ты эти железяки сюда напихал? Хоть бы предупредил…

- Вот черт! Извини Илья… А автоматы взял, чтобы как в тот раз, когда вы в засаду попали, не получилось.

Мда… это он правильно придумал. Еще раз скакать с одними пистолетами против диверсионной немецкой группы, мне вовсе не улыбалось. Поэтому молча кивнув в ответ и устроившись поудобнее я, подставив лицо теплому ветру, стал разглядывать редкие войсковые колонны, которые, как и мы, шли в сторону Браунсбурга.

По хорошей дороге, от места нашего базирования до города можно было доехать буквально за двадцать минут. А дорога была хорошей, не пожалели фрицы бетона на строительство. И выглядит эта трасса больше похожей не на автостраду, а на взлетно-посадочную полосу.

Хотя, что это я? Ее ведь именно так и использовали совсем недавно. Когда полевые ВПП раскисли от дождей, а сборно-разборное покрытие еще не подвезли, наша авиация работала с этой "берлинки". Летуны быстро сообразили, что лучшего просто нечего желать и, перебравшись ближе к дороге стали наносить удары именно с нее. Кстати, настолько хорошо и в нужную сторону, стали соображать не только летчики…

Два месяца назад услышав сводку о действиях Красной Армии на севере, я полностью выпал в осадок.