Гурнов помолчал.

– Как сказал Нильс Бор, - наконец медленно проговорил он, - перед нами безумная теория. Вопрос в том, достаточно ли она безумна, чтобы быть верной? Ты ничего не замечаешь?

Мысленно Даниил проанализировал свои построения.

– Ничего, - сказал он. - А что я должен был заметить?

– Движение закончилось, - объяснил Гурнов. - Кажется, фитиль дотлел.

Только тут Даниил почувствовал, что стремительный полет завершился.

– Да, - сказал он. - И что из этого следует?

– В сообщество пора, - заторопился Гурнов. - Не нравится мне это состояние покоя!

– Глупости, - сказал усопший академик по фамилии Шейнис. - Ничего страшного. Рано или поздно любое путешествие заканчивается. Мы на конечной станции. Гурнов, вы романтик, вам бы только революции устраивать. Пока вас не было, мы провели консультации с другими сообществами. Понятно, это конечная станция. Чужие тоже приходят к подобному выводу. Так это и хорошо, теперь мы узнаем, чего ждать дальше.

Их внимательно слушали. Или делали вид, что слушают.

– Вам не кажется, что стало теснее? - поинтересовался Гурнов.

И Даниил сразу же почувствовал - точно, и в самом деле теснее становится, будь они все живыми существами, дышать бы нечем было.

– Так это естественно, - величественно молвил академик Шейнис. - Мы на конечной станции, а Поток еще не завершился. Нас становится больше!

– Знавал я одно местечко, где нас становилось больше, - вздохнул Гурнов. - Называлось оно камерой предварительного заключения. А потом, когда следствие завершалось, в камере просторно становилось, даже ходить можно было, без опаски на кого-то наступить.

– Вы пессимист, дорогуша, - тон у академика стал покровительственным. - Мне думается, ваши опасения напрасны. Высший разум…

– А разве я говорил о Высшем разуме? - невежливо перебил Гурнов. - Уважаемый академик, вам не кажется, что наш конечный пункт более походит на Чистилище. Разберутся и начнут нас отсюда отправлять по адресам. Хотелось бы знать, кто здесь в охране служит!