Древние вампира сразу пугать не стали, а, напротив, напустили на себя благообразный вид, став солидными дядечками и тетечками, радостно встречающими «жениха» ненаглядной Верелеюшки. Только Карыч остался ворон вороном. Прыгал вокруг Аэрона, охлопывая его крыльями и заглядывая в глаза — поддался ли камню, угодил ли в мороки? Угодил, никуда не делся!

— Ну, «женишок», сейчас мы на тебя такие кошмары напустим, век не забудешь. Будешь знать, как без спросу женихаться.

Аэрона взяли под белы рученьки и повели к пиршественному столу, в лицо почтительно улыбаясь, а за спиной перемигиваясь и скаля зубы. Аэрон чувствовал спиной эти ухмылки, но стоило ему повернуться, как он натыкался на невинные улыбки. Вампир ежился, как от холода.

— Верея, а ты уверена, что с Древними все в порядке? — шепнул он мне на ухо.

— А что такое?! Они же мне как родные! — Я попыталась улыбнуться ему самой что ни на есть дружелюбной улыбкой, но, наверно, получилось не очень, потому что он стал с подозрением коситься и на меня

— Да-да, я вижу. — Тут он вздрогнул и спросил: — А что у тебя с руками?

— Что у меня с руками? — Я похлопала глазами, пряча руки за спину. Уж я-то отлично знала, что ему примерещились куриные лапки.

Гости за столом тоже изгалялись как могли: то копыто выставят, то смущенная краса-девица одним глотком целого гуся заглотит, то потянет откуда-то нехорошим трупным душком. Солнышко за окнами стремительно покатилось к горизонту.

— Может, домой пойдем? — ткнул меня локтем Аэрон, которому Заветный лес решительно разонравился.

— Что ты такое говоришь! Родственников моих обижаешь, как бы они зла не затаили! — Я вышла из-за стола, смущенно пояснив, что иду туда, куда даже император в одиночку ходит. А обернувшись на пороге, погрозила пальчиком Древним: — Вы уж не обижайте моего нареченного.