— Добро пожаловать в город, госпожи упырские нечисти! Хорошо, что меня Велий придерживал, а то бы хлопнулась в сугроб.
— Дяденьки, — осторожно завела я, — а вы не перепили?
— Никак нет, милсдарыня ведьма! — бодро отрапортовал толстый, тощий пнул его и задушенно прошипел:
— Демоница.
— Ученица, — давясь от смеха, навел их на умную мысль Велий.
— Так точно, — согласились стражи, а тот, что помощнее, доверительно мне объяснил:
— Вашими стараниями с того года в рот не берем и на дух не переносим.
— А нас стращали, пачпорта нужны, деньги, — влезла правильная Алия.
— Никак нет! — Длинный сияя, как начищенная бляха, полез за пазуху. — Касаемо вас у нас специальный документ есть. — Он извлек толстую пачку шуршащей бумаги. Это уж потом Алия сообразила, на какой такой случай страж держал при себе столько наших портретов, а в тот день ошалело уставились на опознавательные грамотки.
— Ученица Верея: волос рыжий, глаз бирюзовый, носик вздернутый, росту небольшого, характер упрямый, козий, — смакуя, начал зачитывать Аэрон, выхватив листочки у стража.
— У меня что, курносый нос?! — трагическим шепотом поинтересовалась я у Лейи.
— Значит, насчет козьего характера ты не возражаешь, — тут же подпустил шпильку Велий.
Мы вцепились в Аэрона, желая завладеть грамотками, дабы самолично ознакомиться с написанным. Вампир не менее страстно вцепился в бумажки, и быть бы драке, да толстый предложил нам свои экземпляры.
— Ученица Алия: волос черен, глаз серый, нос обычный, росту среднего, нрав буйный, неуправляемый.
— А с чего это у меня все среднее и серое?! — заорала лаквиллская богатырка, а Лейя от смеха съехала по стене. В руках ее была грамотка Аэрона, там был только его портрет и надпись «вампир», как будто этим все сказано!
Город праздновал и не знал, что стоит и стоять будет еще долго благодаря безвестному писарю, который поленился описать моего «жениха». Вампирских портретиков мы нахватали по три штуки. И до самой магистратуры склоняли и так и эдак причины столь краткого описания, пока озверевший Аэрон не начал гонять нас по улицам, а мы уж не стеснялись и орали во все горло: