– Тело лежит, – согласился Цимбаларь. – А душа неизвестно куда подалась.

– Душа всегда покидает мёртвое тело.

– И заодно, заметь, и наш мир. А душа Донцова осталась где-то среди нас. В этом даже марксист Кондаков не сомневается. Он тогда сам едва разума не лишился.

– Кондаков-то ладно. Он за свою жизнь, наверное, семь раз веру менял. Но неужели ты сам в подобную мистику веришь?

– Тут не захочешь, а поверишь… Только давай не будем об этом. Договорились?

– Легко сказать, не будем… – Людочка глаз не отводила от могилы. – Ты меня просто ошарашил. Выходит, Донцов обманул судьбу?

– Выходит. Когда мы нашли труп, лицо у него было счастливое. Так с улыбкой и в гроб лёг… Ну ладно, рассказывай, что у тебя за проблемы.

– Если бы у меня одной. – Она уселась на лавочку, устроенную возле ограды, и знаком предложила Цимбаларю сделать то же самое. – Свои проблемы я стараюсь решать сама, что, между прочим, является неотъемлемым признаком воспитанного человека… Боюсь, мое невольное открытие может стать проблемой для очень и очень многих.

Людочка извлекла из ридикюля большой плотный конверт, в каких обычно рассылаются сообщения, не предназначенные для посторонних глаз. Один такой когда-то съел легендарный Бумбараш.

– Не из нашей ли канцелярии? – поинтересовался Цимбаларь.

– Ага. Когда уходила, взяла пачку на память, – призналась Людочка.

Она держала конверт так, словно колебалась: а стоит ли открывать очередной ящик Пандоры? Однако уже порядком заинтригованный Цимбаларь поспешил прийти к ней на помощь:

– Что там, фальшивые доллары? Ты рассказывай, не стесняйся.

– Я когда в экспертно-криминалистический центр попала, сначала в баллистической лаборатории работала, – так она начала своё повествование, судя по всему, долгое. – Там интересно было, только в ушах под вечер звенело. Стрелять научилась отменно, причём из всех видов оружия.