– А дальше просто. Эти дурни пытались снять кое-кого с пальмы. Но увидели меня и решили прикончить. Вот, собственно, все. Вон, один из них пока жив. Получил по башке орехом. Расшевелите его да спросите.

– Допросим, – сказал человек, и я понял, что потерявшему сознание ничего хорошего не светит. Возможно, он даже не очнется.

– С пальмы, говоришь? – Полуорк подошел к деревьям и, задрав голову, рявкнул: – А ну, слезай!

Раздалась возня, и я с открытым ртом уставился на спрыгнувшую с дерева девчонку. Она была невысокой, мне по грудь, и худенькой, словно тростинка. Курносый нос, очень короткие рыжие волосы. Длинная, по щиколотку, юбка из тонкой материи и рубашка с узкими рукавами. Через ее плечо была переброшена небольшая темно-зеленая сумка.

Мне хватило одного взгляда, чтобы понять, что это гнома.

В отличие от мужчин, женщины недомерков даже симпатичны. А эта была из тех, что «очень даже».

– Ай да эльф! – заржал полуорк. – Так вот кого он спасал!

Я нахмурился. Если бы знал, что вся эта канитель ради одной из подземного племени, пальцем бы не пошевелил. С гномами, в отличие от орков, у меня отношения отнюдь не безоблачные.

– Слышала, о чем толковал этот парень? – спросил у незнакомки караульный.

Она кивнула.

– Он говорит правду?

Опять кивок.

– Что им от тебя понадобилось? Гнома покосилась на ближайший труп.

– Что, по-вашему, нужно таким скотам от одинокой женщины? – Голос у нее оказался хрипловатым.

Отчего-то я ей не поверил. Четырем головорезам, каждый из которых вооружен «Прутом света», больше делать нечего, как расширять свои познания в межрасовых связях с какой-то чумазой крошкой.

Тихо застонал оглушенный кокосом бандит. Кажется, он начал приходить в себя, и представителям доблестного Караула сразу же стало не до нас.

– Ладно, эльф, – обратился ко мне полуорк, пока его напарник вязал пленнику руки. – Можешь проваливать. Но если возникнут вопросы, мы тебя найдем.